Как кузбассовец кедровый орех по всему миру стал продавать

50 миллионов на орехи

Вячеслав Данилкин нашёл партнёров среди друзей, а вот арендовать подходящее помещение не смог: пищевое производство около «Азота» не расположишь, а в других районах подходящих площадок не было. В итоге партнёры пошли на смелый шаг: решили купить землю и построить ангар с нуля. Видимо, рассудив, что если дело не пойдёт — здание можно будет попросту продать.

Не менее дорогим пунктом проекта стало оборудование.

— Я не представлял, что процесс переработки ореха настолько сложен, — признаётся Вячеслав. — Ко мне и сейчас знакомые обращаются, говорят, давай мы мешок орехов привезём — ты у себя почистишь. И на следующий день звонят, мол, ну что, готово? Но на самом деле нет никакой волшебной машинки, в которую ты засыпаешь орех, и он выходит уже очищенным и готовым.

Лестница на экспорт. Ступенька первая: лицензии

Экспорт кедрового ореха требует получения государственной лицензии. Предприниматель должен подтвердить законность заготовки: взять в аренду лесной участок и предоставить проект его освоения.

Как кузбассовец кедровый орех по всему миру стал продавать

— Допустим, я заключил контракт на продажу за рубеж партии ореха, — рассказывает Вячеслав. — По каждому контракту требуется заключение Росприроднадзора. Чтобы его получить, я должен сделать проект лесного участка, выставиться на аукцион, выиграть, сделать проект освоения участка, пройти госэкспертизу, потом сдать лесную декларацию.

Заявка на разрешение — это огромный список документов: когда его распечатываешь, нужна полная пачка бумаги формата А4. Заявку рассматривают по регламенту 30 дней, на практике зачастую дольше раза в два. Выдают заключение, с ним я иду в Минпромторг, и уже министерство в течение двух недель выдаёт саму лицензию.

Когда Вячеслав Данилкин начинал, он ничего этого не знал.

— А то, может быть, и не взялся бы, — смеётся предприниматель. — Вариантов для отказа — масса. Нам регулярно отказывали, порой по совершенно абсурдным причинам. Последние годы я отправляю пакет документов и сразу записываюсь на приём к руководителю Росприроднадзора. Рассказываю, что мы не китайская компания, которая пришла с баблом, и ей надо десять тысяч тонн ореха вывезти. А небольшое производство, которое даёт рабочие места, платит налоги, берёт кредиты и развивает нашу экономику.

Так как процесс выдачи разрешений затянут, отечественные компании уступают конкурентам. Пока китайцы спокойно торгуют со всем миром, русские несколько месяцев ждут разрешения на каждый новый контракт.

Ещё более усложняют жизнь российскому бизнесу дорогие деньги.

Предлагаем ознакомиться  Как определить pH почвы самостоятельно? Способы изменения pH почвы

Ступенька вторая: дорогие деньги

Кедровый орех — сезонный продукт. Причём не только в течение года, но и по циклу урожайности: обильный урожай кедр приносит только раз в 3-4 года. В остальные годы шишек мало, и закупочная цена у них высокая.

— Прошлый год был настолько «голодный», что мы закупали орех даже с Дальнего Востока, чтобы загрузить производство, — говорит Вячеслав Данилкин. — Здесь ездили по дворам, скупали у кого полмешка, у кого мешок. Эти волны отражаются на производстве: в урожайный год мы набираем и обучаем новых людей. У меня в какой-то момент здесь на производстве работало 70 человек, три смены. А потом неурожай, объёмы падают, людей надо сокращать, и это стресс для всех.

Выход есть: закупать сырьё заранее впрок в больших объёмах.

— Этих качелей не было бы, будь у меня достаточно оборотных средств, — сетует Вячеслав Данилкин. — Чтобы загрузить свой завод, мне нужно купить сырья на 300 миллионов рублей. Какой банк даст мне кредит 300 миллионов на орешки? Нет такого банка. Поэтому главные в бизнесе — китайцы. У них дешёвые кредиты.

Вячеслав Данилкин решил не пускать проблему на самотёк: не раз ездил в Москву, поднимал проблемы экспорта дикоросов на парламентских слушаниях и на региональных экономических форумах.

Ступенька третья: логистика

— С логистикой сложно, — качает головой Вячеслав Данилкин. — С арабскими странами и Израилем работаем морем. До моря довезти ещё надо, ближе всего в Новороссийск. Контейнер на железной дороге стоит вообще космос, поэтому грузим фуру. Доезжает — я лечу, оформляю все документы, грузим партию на корабль, примерно 40 дней она идёт до получателя. Это длинное транспортное плечо ложится в стоимость. Отчасти поэтому мы больше нацелены на Европу. Фуру загрузил — через 10 дней она там.

Ступенька четвёртая: кадры

В «Кедр Экспорт» работают менеджеры по ВЭД, инженеры, технологи, рабочие. Подобрать персонал бывает непросто.

Фото: архив компании, архив A42.RU, flickr.com

— Не то что готового специалиста сложно найти — даже такого, которого можно обучить, — рассказывает Вячеслав Данилкин. — Два случая за неделю: человек день отрабатывает менеджером, видит огромный объём информации — и на второй день не выходит. Наверное, надо как-то мягче в курс дела их вводить, но не всегда получается. Хотя мы сейчас уже даже без языка берём и всему учим. Лишь бы человек был ответственный, обучаемый и внимательный — цифр много.

Предлагаем ознакомиться  Рассказываем, нужно ли отрезать цветонос у орхидеи

Экспортировать самому себе

Вячеслав Данилкин отмечает, что европейским компаниям нужна такая стабильность в поставках, цене и объёмах, которые отечественный бизнес редко может себе позволить.

— У российских компаний дурная слава на международном рынке, — признаёт экспортёр, — поэтому мы открыли в Германии немецкую компанию. Вдобавок это упростило оформление вывоза — мы делаем лицензию на один контракт, вывозим по сути сами себе, а потом уже распродаём по Европе.

Открыть юрлицо за рубежом Вячеславу помог партнёр — русский немец, давно живущий в Германии.

— Он ведёт немецкое направление, но мы и прямо из Кузбасса ведём переговоры и заключаем новые контракты. У нас особенный подход: в Германии нет склада, мы под каждую заявку делаем сборную паллету отсюда. Вот сейчас собираем грибы, ягоды, папоротник, варенье, конфеты, иван-чай, кисели… до 70 наименований разных дикоросов.

И покупатель понимает — в цене нет дополнительных затрат, а продукт всегда свежий. Это очень важно в Германии — что продукт изготовлен не полгода, а две-три недели назад. Мы делаем акцент на том, что это дикоросы, что это органик. На этом строится маркетинг. Прежде, чем поставить отметку «organic», немецкие специалисты проводят аудит: мы их везём в лес, по складам и производству, то есть они отсматривают весь путь шишки от места сбора до покупателя.

Экспортировать самому себе

Вячеслав Данилкин уверен: сейчас работать на экспорт существенно проще, чем даже пять лет назад.

— Стало проще с таможней, в валютном контроле убрали паспорт сделки, появились меры поддержки экспортёров, но самое главное — информация. Сколько стало информации! Мы начинали методом проб и ошибок. Никто не проводил семинаров и ничего не рассказывал. Мы что-то делали, ошибались, исправлялись, снова делали…  упирались в закрытую дверь — подбирали ключик — упирались в следующую.

Вячеславу тоже доводилось пользоваться помощью Российского экспортного центра.

— Когда РЭЦ никак не был представлен в Кузбассе, я несколько раз ездил на зарубежные выставки — и мне субсидировали большую часть стоимости участия. Если поучаствовать в выставке стоило, к примеру, 800 000 рублей, то я платил только 100 000, то есть это было хорошее подспорье. Так я в 2018 году побывал на ведущей выставке органических продуктов в мире — BioFach, которая проходит в Нюрнберге ежегодно, и провёл там много полезных встреч.

Предлагаем ознакомиться  Сколько скоростей на юмз

«В России мы не конкурируем»

Сейчас «Кедр Экспорт» продаёт сибирские дикоросы в Германию, Италию, Францию, Словению, Иорданию, Израиль, Латвию и другие страны.

— Объёмы поставок существенно меняются, — отмечает Вячеслав Данилкин. — В прошлом году объёмы упали, а оборот вырос, потому что цена выросла практически в два раза. Мы в любом случае стараемся отгружать продукцию каждый месяц — например, в прошлом году было 13 отгрузок только на Германию. А вот в России продаём немного и ни с кем не конкурируем. Есть устоявшиеся партнёры — например, ликёро-водочный завод.

Экспорт для Вячеслава в приоритете: это более маржинальный рынок.

— 95% рынка кедрового ореха занимают китайцы, а наша компания там — песчинка, — говорит Вячеслав Данилкин. — Если здесь, в Кемерове, откроется ещё парочка таких же экспортных компаний — они нам нисколько не помешают. Мы вообще друг друга не заметим на мировых рынках.

Оцените статью
Огородник 24
Adblock detector